Просмотр записей по тегу «Крым»

[1]      «      1   ·   2   ·   3   ·   4   ·   5   ·   6   ·   7      »      [81]

cipp Мой любимый КРЫМ.Блог Tatyana Sosina Хребет Ай-Юри или Дракон

Блог ведет Сосина Татьяна Ивановна

В районе Санаторного под вершиной Кильсе-Бурун проходит хребет — темная зубчатая скала вулканического происхождения. Сквозь него проходит 200-метровый тоннель автотрассы Севастополь-Ялта. Тоннель появился во время строительства трассы. Сначала хребет хотели взорвать, но видимо руководители проекта строительства дороги были в хорошем расположении духа, и пожалели горный хребет, ограничившись лишь тем, что прорубили сквозь него тоннель. Хребет носит название Ай-Юри, полученное, видимо, еще в раннехристианские времена и означающее «Святой Георгий».

Хребет Ай-Юри или Дракон

Этот зубчатый скалистый хребет напоминает спину дракона, потому чаще можно услышать другое его название - Дракон. У его подножия раскинулся санаторий «Меллас». Одним из корпусов санатория является дворец Меллас оригинальной архитектуры. Он был построен в 30-х годах позапрошлого века тогдашним владельцем усадьбы графом Л.А. Перовским, известным русским государственным деятелем. После графа усадьбой владел его племянник, поэт А.К. Толстой, один из создателей литературного героя Козьмы Пруткова.

Тоннель сквозь хребет Ай-Юри

Возле дороги отвесной стеной возвышаются три утеса, носящие название Мшатка.

Такое название носила и некогда находившаяся здесь татарская деревушка. В начале XIX века имение, построенное поблизости, принадлежало внучке полководца А.В. Суворова, Варваре Аркадьевне Суворовой-Рымникской, и называлось «Варино». Во время Крымской войны имение было разорено англо-французскими войсками, а в 1867 году его приобрел известный философ и естествоиспытатель Н.Я. Данилевский. В парке, окружавшем усадьбу ученого, сохранилась его могила. В настоящее время на территории Мшатки расположен детский оздоровительный комплекс «Береговое».

Тоннель сквозь хребет Ай-Юри

В районе поселка Главная гряда Крымских гор заметно снижается, образуя широкую выемку. Через нее проходит тропа Шайтан-Мердвень или Чертова Лестница, древняя дорога с Южнобережья в предгорье Крыма. Ей пользовались еще римские легионеры в I веке до н. э. С перевала, через который проходит тропа, открывается потрясающая панорама окрестных гор.

Большая Ялта, пгт Санаторное
 
Комментарии (0) 07:32 | 25.06.2015

cipp Мой любимый КРЫМ.Блог Tatyana Sosina 100 чудес Крыма - Водопад Серебряные струи

Блог ведет Сосина Татьяна Ивановна

Водопад Серебряные струи или, как его еще называют, водопад Хрустальный — один из самых полноводных водопадов Крыма, расположенный в Бахчисарайском районе в окрестностях села Соколиное, в 3 километрах от Большого каньона, в ущелье Малый каньон, образовавшегося в результате действия вод реки Сары-Узень.

Комментарии (0) 07:31 | 25.06.2015

cipp Мой любимый КРЫМ.Блог Tatyana Sosina Гросс Федор (Фридрих) Иванович - художник, литограф, археолог

Блог ведет Сосина Татьяна Ивановна

Гросс Федор (Фридрих) Иванович (1822-1897) - художник, литограф, археолог

живший и работавший в Крыму в XIX веке.

Успенский монастырь близ Бахчисарая в Крыму.

Судак. 1840-е

Черкесс-Кермен. 1840-е

 

Ф.И.Гросс родился в 1822 году в семье немецкого колониста Иоганна-Людвига Гросса в Симферополе.
Считается, что последний был участником экспедиции академика Петра-Симона Палласа (1741-1811) по югу России. После переселения

Палласа из Петербурга в Крым здесь осел и его земляк, художник-колонист Иоганн Гросс. И.Л.Гросс был назначен учителем рисования в Таврическую гимназию и в «училище при ней». Он стал первым учителем И.К.Айвазовского и дал этому, без преувеличения, самородку крымской земли рекомендацию в Императорскую Академию художеств. А вот своего талантливого сына выучить в столице педагог-художник не смог: не было средств. Одаренный юноша, подчиняясь зову своего сердца созерцать и запечатлевать прекрасное, объездил весь Крым и зарисовал многие примечательные его уголки. Благодаря этим рисункам имя Фридриха Гросса поставлено сегодня рядом с именами крупных мастеров крымского пейзажа XIX века.
«Живя посреди роскошной природы, -пишут о Ф.И.Гроссе почитатели его таланта, - он рано почувствовал влечение к живописи и страстно предался этому благородному искусству... перенося на бумагу все, что поражало его взоры, и собрав таким образом богатую коллекцию живописнейших видов Крыма».
После переезда в 40-х годах из Симферополя в Одессу, где художник стал работать литографом в известной литографической мастерской Александра Брауна, Ф.И.Гросс представил виды Крыма на трех-четырех своих выставках в столице Новороссийского края. Учитывая, что во второй четверти XIX века в Одессе бывали и работали многие известные живописцы, и потому тамошняя публика была взыскательной и требовательной в своих оценках, как и правитель Новороссии, знаток и ценитель искусства граф М.С.Воронцов, надо полагать, творчество Ф.И.Гросса было замечено и получило признание и поддержку. В результате благосклонного внимания к творчеству молодого художника в 1846 году вышел в свет альбом «Виды Крыма». Литографии для своих картин Фридрих Гросс исполнил сам.
В альбом Ф.И.Гросса, изданный Александром Брауном, вошло 54 листа. Сейчас это издание в полной целостности - большая редкость. Среди видов, вошедших в альбом, мы встречаем и изображения святых мест Крыма: здесь и действующие храмы, и греческие обители, лежащие в руинах, и виды гор и долин, хранящих в себе остатки византийских святынь... «Монастырь Ай-Андрит», «Успенский монастырь», «Черкес-ерман», «Мангуп-Кале» - эти и другие названия и сегодня перечисляются в справочных изданиях, характеризующих альбом крымских видов Ф.И.Гросса.
Что же касается литографических работ Ф.И.Гросса, то их ставили в один ряд с литографиями столичных мастеров, а в XX веке стали называть «лучшими из литографий», выделяющимися среди других, изданных в пределах современной Украины, «высокой культурой рисунка, выразительной композицией, прекрасной печатной техникой». Исследователь творчества Гросса М.Р.Мальгина предполагает, что искусству литографии художник обучался в Крыму в имении А.М.Бороздина «Кучук-Лампад», где имелась литографическая мастерская.
В 1857 году Ф.И.Гросс вернулся в Крым, поселился в Керчи, где преподавал рисование в Кушниковском девичьем институте и серьезно заинтересовался археологией.
С 1862 по 1891 год живописец, ставший археологом, работал художником-реставратором в Керченском музее древностей, а в 1884 году был поставлен его директором. Гросс вел раскопки, систематизировал найденный материал, зарисовывал находки... За время своего директорства «Гросс создал большое количество альбомов рисунков, акварелей и карандашных чертежей».
Человек не только талантливый, но и старательный, кропотливый, Федор Иванович Гросс сделал много полезной работы для воссоздания правдивой истории Крыма. За заслуги перед отечественной наукой археолог неоднократно награждался орденами.
В феврале 1880 года указом Сената произведен в надворные советники.
Ф.И.Гросс был явно незаурядным человеком, не случайно княгиня Елена Горчакова в своих путевых заметках назвала его академиком, хотя он таковым не являлся.
«Главная заслуга Гросса - это сделанные им зарисовки всех памятников старины и предметов древностей, найденных за этот почти тридцатилетний период на юге России, - пишет Ю.Ю.Марти. - И во многих случаях и для многих памятников рисунки Гросса есть единственное, что от этих памятников осталось».
Федор Иванович Гросс зарисовал немало церковных древностей и бытовых предметов с христианской символикой, найденных в Крыму во время раскопок. Эти рисунки опубликованы в дореволюционных изданиях Русского Археологического общества.
Сегодня мы можем судить о творчестве художника-археолога в основном по сохранившимся литографиям с его работ. Часть из них была опубликована в «Русском художественном листке» Василия Тимма, познакомившего с творчеством Ф.И.Гросса всю читающую Россию. Но, к сожалению, большинство его произведений погибло в годы Великой Отечественной войны. Некоторые работы Ф.И.Гросса, связанные с археологией, хранятся в Петербурге, в Институте истории материальной культуры Российской Академии наук. Свои произведения художник подписывал: F. Gross.
«Имя Федора Ивановича Гросса только сравнительно недавно было извлечено из небытия. Теперь его можно смело назвать одним из первых художников - уроженцев Крыма, всю свою жизнь посвятившим воспеванию красот родной земли», - так заключает свой рассказ о Федоре Ивановиче Гроссе М.Р.Мальгина.
Тот, кто познакомился с живописными видами Крыма, выполненными Ф.И.Гроссом, их не забудет - столько наблюдательности, точности в передаче местности, полноты любования дорогим его сердцу Крымом хранят они в себе, затрагивая в сердцах зрителей струны, невольно отзывающиеся на красоту и возвышенное настроение этих произведений.



Гросс Федор (Фридрих) Иванович (список работ):

1. Успенский монастырь близ Бахчисарая в Крыму.
2. Алупка. 1846
3. Кореис. 1840-е
4. Ореанда. 1840-е
5. Храм Иоанна Златоуста. Виды города Ялты. 1846
6. Партенит. 1850-е
7. Кучук-Ламбат. Имение князя А.И.Гагарина. 1846
8. Вид на Симферополь. 1856
9. Ай-Андрит. 1840-е
10. Чабан-Куле. 1846
11. Судак. 1840-е
12. Раскопки на Хаджимушкайской улице. 1887
13. Раскопки северо-восточного склона Митридатовой горы под памятником археолога Стемпковского. 1850-е
14. Мангуп-Кале. 1840-е
15. Мангуп-Кале. 1840-е
16. Черкесс-Кермен. 1840-е
17. Судак. 1840-е
18. Алупка. 1846
 
   

Источник

Комментарии (0) 07:31 | 25.06.2015

cipp Мой любимый КРЫМ.Блог Tatyana Sosina cc

Блог ведет Сосина Татьяна Ивановна

cc

Комментарии (0) 07:31 | 25.06.2015

cipp Мой любимый КРЫМ.Блог Tatyana Sosina Река Улу-Узень Алуштинский

Блог ведет Сосина Татьяна Ивановна

Улу-Узень или Улу-Узень Алуштинский, Алушта-Су - река на Южном берегу Крыма. Название переводится с крымскотатарского как «большая (великая) река». Часто именуется Улу-Узень Алуштинский для отличия от расположенной к востоку реки Улу-Узень Восточный.

Образуется на северных склонах Бабуган-яйлы и южных Чатыр-Дага слиянием двух рек: Софу-Узень и Узень-Баш. В верховьях река течёт по территории Крымского природного заповедника. В долине реки Узень-Баш расположен водопад Головкинского, впервые описанный русским геологом и гидрологом Н.А. Головкинским. Водопад Головкинского на самом деле представляет собой каскад водопадов, переходящих один в другой, имеющих высоту от 4–5 до 12 м. У села Изобильного (Корбекуль) Алуштинского горсовета на реке Улу-Узень сооружено Изобильненское водохранилище (объём 13,25 млн. куб. м), снабжающее пресной водой Алушту и используемое для орошения. Впадает в Чёрное море в пределах города Алушта.

Источник

Комментарии (0) 07:30 | 25.06.2015

cipp Мой любимый КРЫМ.Блог Tatyana Sosina Севастополь — колыбель отечественной авиации

Блог ведет Сосина Татьяна Ивановна

Сейчас лишь знатоки могут сказать, кто стоял у истоков Императорского воздушного флота. Многие, например, не знают, что колыбелью этого флота был Севастополь, что первая российская авиашкола и первый серийный авиазавод появились у нас в Крыму. И это неудивительно, ведь даже имя человека, который создал воздушный флот, старательно вымарывалось на протяжении многих лет из учебников истории.

Утром 16 сентября 1910 года вокруг Куликова поля, на окраине Севастополя, собрались едва ли не все жители города. На краю поля стоял аэроплан «Антуанетта». Но зрители были уверены, что эта французская этажерка, за которую отвалили немалые деньги, никогда не взлетит.

Высокий офицер в морской форме взобрался в кабину, механик раскрутил пропеллер и отбежал в сторону. Люди, затаив дыхание, наблюдали, как аэроплан покатился по зеленому полю и вдруг, оторвавшись от земли, поднялся в воздух. Тысячеголосое «ура» заглушило рокот мотора, вверх полетели фуражки и шляпы.

Аэропланом управлял лейтенант Черноморского флота Станислав Дорожинский, который по праву считается первым военным летчиком России. Он родился в 1879 году в Подольской губернии. В 1901 году окончил Морской кадетский корпус и служил на эскадренном броненосце «Синоп». С июня 1908 года командовал миноносцем №264. В июле 1909 года был назначен начальником воздухоплавательного парка Морских сил Черного моря. В сентябре был командирован в Париж для обучения летному делу. 4 июля 1910 года Дорожинский завершил обучение в авиационной школе Франции и получил диплом №125.

Но воздухоплавательный парк, который он возглавлял, имел лишь несколько воздушных шаров, да и то в нерабочем состоянии. При этом на телеграмме Дорожинского с предложением приобрести аэроплан «Антуанетта» командующий Черноморским флотом вице-адмирал В. Сарнавский сделал запись: «За неимением точных указаний, а также и того, на каком основании лейтенант Дорожинский до сих пор находится во Франции, я не считаю себя вправе делать какие бы то ни было денежные переводы».

У вице-адмирала были все основания отказаться от покупки аэроплана. На его рабочем столе лежало донесение военно-морского атташе во Франции: «Не только теперь, но и в ближайшем будущем аэроплан не в состоянии будет завоевать воздух над поверхностью моря. Все силы и средства должны быть обращены на эскадры, так как лишь в них действительная сила флота. Все побочные средства флота есть его паразиты, живущие за счет главного органа — боевых эскадр».

Деньги на приобретение двух аэропланов Дорожинскому дал великий князь Александр Михайлович — внук императора Николая I, двоюродный брат императора Александра III и двоюродный дядя императора Николая II.

Сейчас всех Романовых принято мазать одной краской — белой или черной, но люди они были разные. Александра Михайловича Романова на флоте считали своим. Он родился 1 апреля 1866 года. После окончания Морского кадетского корпуса служил на Балтийском флоте — был старшим офицером на броненосце «Адмирал Апраксин», командовал миноносцем «Ревель». После перевода на Черноморский флот успешно командовал броненосцем «Ростислав». Александр Романов очень не любил, когда его называли великим князем. Своему сыну он писал: «Мой милый Дмитрий! Пожалуйста, помни, что в том положении, в которое мы поставлены от рождения, недопустима критика или насмешка над людьми. Положение, в каком мы находимся, накладывает на нас массу обязанностей по отношению к другим, и надо, чтобы люди нас уважали не за положение, а за то, что мы есть».

В 1899 году после производства в контр-адмиралы Александр Михайлович был назначен заместителем командующего Черноморским флотом. Возмутившись откровенным воровством, процветавшим в морском ведомстве, он обратился к императору с предложением реформировать флот. Николай II, по своему обыкновению, оставил все как есть, ограничившись смещением с должности проворовавшегося министра Чихачева. В ответ контр-адмирал Александр Романов подал прошение об отставке.

С началом Русско-японской войны, в которой российский флот потерпел сокрушительное поражение, великий князь Александр Михайлович организовал по всей России сбор пожертвований для строительства новых военных кораблей. На собранные деньги были построены 19 крейсеров и 4 подводные лодки. Корабли назывались по имени главных жертвователей: «Украина» (жители Малороссии), «Москвитянин» (Москва и Московская губерния), «Финн» (Княжество Финляндское). Также были «Амурец», «Уссуриец», «Сибирский стрелок», «Донской казак» и «Генерал Кондратенко» (на последний собрали деньги защитники Порт-Артура). Властитель Бухары выложил 700 тысяч рублей, а потому новый миноносец назвали «Эмир Бухарский». А еще было название «Трухменец», причем никто не знал, откуда оно взялось, до тех пор, пока в Кронштадт не приехала делегация туркмен.

Строительством подлодок ведал выпускник Морской академии капитан Лев Мациевич, который на адресованные в правительство записки о необходимости создания не только водного, но также и воздушного флота получал неизменный ответ: «Усовершенствование способов передвижения в воздушном пространстве должно составлять преимущественно предмет частной самодеятельности».

Так бы и плелась Россия в хвосте мирового авиастроения, если бы Мациевичу не пришла в голову мысль обратиться к Александру Романову.

Тот со свойственной ему энергией взялся за дело. В феврале 1910 года на очередном заседании комитета по сбору добровольных пожертвований Романов убедил членов комитета использовать деньги, оставшиеся от строительства кораблей (880 тысяч рублей), на закупку аэропланов и создание в России авиационной школы. «Теперь все страны вступили в эру авиации, — сказал великий князь в своем выступлении. — У нас же в России авиация лишь начинает делать первые шаги. Мы должны торопиться, чтобы не оказаться еще раз уязвленными благодаря неполноценности нашего вооружения. В будущих войнах не может быть победы без воздушного флота».

Военный министр Сухомлинов, к которому великий князь обратился с предложением направить на обучение во Францию несколько офицеров, долго смеялся, но все же дал свое согласие. В марте 1910 года во Францию в авиашколы Блерио и Фармана были командированы шесть офицеров и шесть нижних чинов. Руководителем группы пилотов был назначен капитан Мациевич, который писал из Парижа: «Теперь я летаю на «Фармане», умею на «Соммере», по приезде в Севастополь начну учиться на «Блерио», а затем займусь проектированием нового аэроплана». Тем временем на окраине Севастополя, на Куликовом поле, где располагался лагерь пехотной дивизии, вовсю шло строительство учебных корпусов и ангаров.

Первые семь аэропланов прибыли в Петербург в сентябре 1910 года. Перед тем как отправить их в Крым, великий князь Александр Михайлович благоразумно решил продемонстрировать новую технику и мастерство пилотов высшим сановникам Российской империи. Расчет оправдался — после того как капитан Мациевич на своем «Фармане» поднял в воздух председателя Государственной Думы Гучкова, а затем премьер-министра Столыпина, те стали большими энтузиастами авиации. К сожалению, первое в России авиа-шоу было омрачено гибелью Льва Мациевича — на высоте 400 метров его биплан буквально развалился на части.

11 ноября 1910 года в Севастопольской авиационной школе началась подготовка военных летчиков. Председателем совета школы был назначен начальник службы связи Черноморского флота капитан 2-го ранга Вячеслав Кедрин. Первым начальником школы стал подполковник Генерального штаба Сергей Одинцов, установивший в 1910 году всероссийские рекорды дальности (Санкт-Петербург — Таганрог), продолжительности (свыше 40 часов) и высоты (6400 м) полета на сферическом аэростате. Комиссия под председательством великого князя Александра Михайловича установила для выпускников школы жесткие требования — на крайне ненадежных аэропланах они должны были уметь летать над горами и морем, а также в туман, в дождь, ночью и при ветре скоростью 8 метров в секунду.

Весной три аэроплана уже сопровождали Черноморскую эскадру, вышедшую в море, причем один из летчиков бросил на палубу броненосца «Иоанн Златоуст» пару апельсинов. Командующий флотом вице-адмирал Сарнавский — тот самый, который пожалел денег на «Антуанетту», был настолько этим потрясен, что попросил морского министра немедленно оснастить корабли орудиями для отражения атак аэропланов.

26 октября 1911 года в Севастопольской военной авиационной школе состоялся первый выпуск. Все наперебой хвалили выпускников, а великий князь Сергей Александрович заметил: «Отдавая должное отваге наших офицеров-летчиков, необходимо подчеркнуть искусство нашего низшего состава — работу нижних чинов. В школе перебывали многие иностранные агенты, и все задавали один и тот же вопрос: кто мастера? Предполагая, конечно, что таковыми в школе состоят или англичане, или французы, — не хотели верить, что мастера у нас свои — русские солдаты. Работа наших мастеров поистине изумительна!»

Князь неслучайно упомянул мастеров — как раз в это время он буквально с нуля организовывал в России производство аэропланов. Денег на это катастрофически не хватало, а потому приходилось рассчитывать только на меценатов. Первым откликнулся одесский банкир и предприниматель Артур Анатра, который в 1913 году построил в Одессе небольшой завод. Поначалу на этом заводе собирали лицензионные аэропланы «Фарман» и «Ньюпор», но через два года освоили производство своих самолетов. Для их изготовления Артур Анатра построил в Симферополе новый завод, из ангаров которого до 1917 года вышли 170 современных для того времени бипланов серии «Анатра». Этот завод был ликвидирован в 1922 году.

С началом Первой мировой войны великий князь Александр Михайлович был назначен командующим ВВС Западного фронта. Позже в эмиграции он с горечью вспоминал о последней встрече с императором: «Я докладывал ему об успехах авиации, но видел, что он хочет только, чтобы я поскорее ушел и оставил его одного с его мыслями. Когда я менял тему и пытался обсуждать политическую жизнь в стране, пустота и холодность появлялись в его глазах — выражение, которого я никогда ранее не видел на протяжении четырех десятков лет нашей дружбы. «Вы, кажется, не поддерживаете ваших друзей, Ники?» — сказал я полушутливо. «Я не верю никому больше, кроме моей жены», — ответил он ледяным тоном и отвернулся к окну».

После Февральской революции Александр Михайлович написал сыну: «Временное правительство находит, что великие князья не могут оставаться на командных должностях, и я принужден был, как и другие, подать в отставку. Я так слился с авиационным делом, полюбил всех летчиков, как своих родных детей, и вот как раз теперь, во время полного брожения умов, мне не позволяют служить. Оскорбительно и больно». После увольнения из армии князь оказался в Киеве, но вскоре ему вместе с семьей удалось уехать в крымское имение Ай-Тодор. Там Александра Михайловича очень позабавило, что комиссар Временного правительства в апреле титуловал его «бывшим великим князем Александром», в мае — «адмиралом Романовым», а в июне обращался к нему просто как к «гражданину Романову».

В Крыму Александра Михайловича едва не расстреляли. Спас его член Севастопольского совета матрос Задорожный, который в 1916 году служил в авиационной школе и хорошо знал великого князя. Когда представители Ялтинского совета требовали выдать им семью Романовых, Задорожный неизменно отвечал: «Покажите мне ордер товарища Ленина, и я выдам вам заключенных. Я принадлежал к партии еще в то время, когда вы сидели в тюрьме за кражу».

Россию Александр Романов вместе со своей семьей, дочерью Ириной и ее мужем Феликсом Юсуповым покинул в 1920 году на британском крейсере «Форсайт». Позже он рассказывал: «Крейсер увеличивал скорость, и был виден лишь Ай-Тодорский маяк. Он был построен на земле, которую мои родители и я возделывали в течение последних сорока пяти лет. Мы выращивали на ней сады и трудились в ее виноградниках. Моя мать гордилась нашими цветами и фруктами. Мои мальчики должны были закрываться салфетками, чтобы не запачкать рубашки, кушая наши великолепные сочные груши. Было странно, что, утратив так много лиц и событий, память моя сохранила воспоминание об аромате и вкусе груш из нашего имения в Ай-Тодоре. Но еще более странно было сознавать, что, мечтая 50 лет своей жизни об освобождении от стеснительных пут, которые на меня налагало звание великого князя, я получил, наконец, желанную свободу на английском корабле».

Александр Михайлович Романов умер в Париже в 1933 году, успев опубликовать замечательные воспоминания о своей жизни. Первый военный летчик России Станислав Фаддеевич Дорожинский, который тоже оказался в эмиграции, пережил его на 27 лет.

Евгений Княгинин, «»

Комментарии (0) 18:52 | 24.06.2015

cipp Мой любимый КРЫМ.Блог Tatyana Sosina Покорение крымского неба

Блог ведет Сосина Татьяна Ивановна

Два первых самолета — привезенные из Франции аэропланы «Блерио» и «Антуанетт» — поднялись в крымское небо в августе и сентябре 1910 года. О втором полете журнал «Библиотека воздухоплавания» сообщал: «В Севастополе лейтенант Дорожинский на днях совершил полет на аэроплане морского ведомства „Антуанетт“. Продержавшись на высоте пятидесяти метров минут пять, пилот плавно опустился». Сто лет назад и пятиминутный полет был подвигом.

Поначалу к авиации многие относились недоверчиво: как может летать аппарат, который тяжелее воздуха? Скептики считали, что все авиаторы — самоубийцы, а костлявая смерть с косой — незримый пассажир ведомых ими самолетов. Увы, покорение небесных просторов не обходилось без жертв. В крымском небе первой трагедией стала гибель братьев Матыевич-Мацеевич. Это произошло 18 апреля 1911 года. В тот день старший брат, Бронислав Витольдович, один из лучших инструкторов Севастопольской школы военной авиации, решил прокатить на аэроплане «Блерио» своего младшего брата Станислава, приехавшего к нему в гости из Петербурга. Перед полетом (его наметили на вечер) Матыевич-старший ужинал в кругу семьи. Когда все пили чай, упал и разбился игрушечный аэроплан с сидевшей в нем куклой-авиатором — подарок Бронислава Витольдовича дочери. Девочка очень расстроилась, но отец, утешая ее, сказал, что, когда авиаторы разбиваются, их жалеют, а куклу жалеть не надо, завтра будет новая. Жена, увидев в случившемся дурной знак, попыталась отговорить мужа от полета. Уговоры не помогли, Матыевич отправился на авиационное поле. Через час женщине сообщили, что ее муж погиб... Когда аэроплан уже шел на посадку, подул резкий ветер, самолет развернуло вертикально к земле, и с высоты 50 метров он врезался носом в каменную стену одного из хуторов. Аэроплан разбился вдребезги вместе с авиатором и его братом.
 

Матыевич-Мацеевич на аэроплане Блерио
Б. В. Матыевич-Мацеевич на аэроплане «Блерио»


В начале

1920-х поэт Максимилиан Волошин и знаменитый крымский летчик Константин Арцеулов шли пешком из Коктебеля в Феодосию. По дороге Арцеулов рассказывал поэту о восходящих потоках воздуха и полетах планеров (безмоторных летательных аппаратов). И предложил подняться на хребет Узун-Сырт (нынешняя гора Клементьева). Когда поднялись, дул свежий бриз. Арцеулов выпустил из пальцев лист бумаги — тот плавно взмыл вверх. Восхищенный Волошин бросил навстречу ветру свою широкополую шляпу — и она осталась парить в воздухе. Для Волошина это стало волшебным открытием, Арцеулов же давно интересовался планеризмом — свой первый планер он построил в 13 лет! — и давно присматривался к этому месту. Как вспоминал сам Константин Константинович, «целыми днями бродил я по горам восточного Крыма, наблюдая парящий полет грифов и выискивая подходящее место для опытов с планером... В 1916 году я... с воздуха еще раз обследовал горы, удобные для парящих полетов. Узун-Сырт я счел для этого лучшим. Когда в 1923 году в Москве решался вопрос о месте всесоюзных планерных испытаний, я, не задумываясь, предложил Коктебель. Надо сказать, что в то время мало кто знал о возможностях парения на планерах. Считали, что с горы можно спланировать только вниз и чем выше гора, тем дальше и дольше будет полет. Можно представить себе удивление и разочарование планеристов, когда они вместо „высоченных крымских гор“, о которых знали по слухам, увидели пологие плоскогорья Коктебеля! В Москву полетели доклады об „огромной ошибке“, допущенной председателем оргкомитета Арцеуловым в выборе места испытаний». Однако очень скоро стало ясно, что никакой ошибки нет. А в 1925-м побывавшие в Крыму немецкие спортсмены заявили, что найденная Арцеуловым гора — лучшее место в Европе для полетов на планерах.

Сергей Королев на планере Коктебель
Сергей Королев в разработанном им планере «Коктебель». Рядом летчики Сергей Люшин (слева) и Константин Арцеулов (справа). Крым, 1929 год.
В сентябре 1929-го Сергей Королев и его коллега и друг Сергей Люшин представили на VI Всесоюзные планерные состязания в Коктебеле необычный планер, примерно на 50—90 кг тяжелее собратьев. В то время считалось, что чем меньше планер, тем лучше. Пробный полет на «Коктебеле» совершил Арцеулов, доложив членам технической комиссии: «Планер удачно сбалансирован. Хорошо слушается рулей. Можно допустить к полетам». На планере «Коктебель» двадцатидвухлетний Королев установил рекорд парения — более четырех часов парил он в воздухе

Если верить анонимному автору, поместившему свою заметку в дореволюционной газете, однажды в Крыму Шаляпин совершил полет на самолете, едва не стоивший жизни и ему, и прокатившему певца летчику. Дело было в Ялте, в одном из черноморских гидроавиационных отрядов. Федор Иванович приехал к авиаторам в гости, много пел, подкрепляя голос крымским вином, а под вечер, сознавшись в том, что никогда еще не летал, стал просить показать ему Черное море с высоты. Летчики поначалу отказывались, но вскоре сопротивление было сломлено. Выкатили гидроплан (самолет, взлетающий с воды), усадили в него Шаляпина, предварительно одев его в форму летчика. Форма на этого богатыря, конечно, оказалась мала, и смотрелся он в ней комично. Гидроплан разогнался, взлетел — и тут началось самое интересное. Поначалу, как вспоминал сам пилот, «Шаляпин непрерывно ерзал на своем сиденье, показывая знаками «выше!», «выше!». Когда самолет набрал высоту, летчик решил сделать крутой вираж, накренил свою машину — и почувствовал, что не может вывести ее из крена. К его ужасу, в этот момент ни о чем не подозревавший Шаляпин «вывесился всем корпусом за борт аэроплана», чтобы полюбоваться видом. Из-за этой выходки певца самолет мог перейти в штопор, а штопор был равносилен смерти. К счастью, все обошлось, машину удалось посадить. Уже на земле пилот стал отчитывать Федора Ивановича за его безрассудный поступок. Оправдания Шаляпина были кратки, но убедительны: «Помилуйте, но ведь это была красота!»

Между прочим

Основным материалом первых самолетов было дерево. Поэтому некоторые самолетостроительные заводы возникли на базе мебельных или столярных фабрик. В Крыму первые самолеты ремонтировались, а позднее и строились на севастопольской столярной фабрике К. Э. Акстмана.

Самолет Севастопольского авиаотряда
Самолет Севастопольского авиаотряда
Подлинно авиационную атмосферу в жизнь Крыма, или, как тогда говорили, «воздушное настроение», внесло открытие в Севастополе первой в России школы военных летчиков (ноябрь 1910-го). Для школы на Лагерном поле (вскоре оно стало называться Авиационным) построили деревянный ангар на шесть самолетов и установили три разборных парусиновых ангара. Первоначально авиационный парк школы насчитывал восемь самолетов французского производства. В октябре 1911-го состоялся первый выпуск летчиков в количестве тридцати человек

Айвазовский с внуками
Айвазовский с внуками. На фото: Константин Арцеулов сидит на руках своего отца, зятя Айвазовского К. Н. Арцеулова, И. К. Айвазовский, внук Михаил Латри (сидит), стоят внуки Александр Латри и Николай Арцеулов (в матросской форме).
Константин Арцеулов, легендарный крымский летчик, первым в России победивший штопор, — в 1916-м он научился выводить самолет из этого гибельного положения — был младшим и самым любимым внуком Айвазовского. Костя рано начал писать маслом и в десять лет уже рисовал морские пейзажи больших размеров с парусниками и людьми. Дед охотно правил его работы, а иногда и подписывал. Покупатели подчас не замечали подмены, что доставляло Айвазовскому большое удовольствие. Уйдя из авиации в 1937-м (после репрессии, четырехлетней ссылки в Архангельск и реабилитации), Константин Арцеулов работал художником-иллюстратором — он оформил более 50 книг, а также журналы «Техника — молодежи», «За оборону», «Крылья Родины», «Юный техник», «Моделист-конструктор»
 

Татьяна Шевченко, «События»

Комментарии (0) 18:47 | 24.06.2015

cipp Мой любимый КРЫМ.Блог Tatyana Sosina Долина реки Сотера

Блог ведет Сосина Татьяна Ивановна

Река Сотера протекающая по одноименной балке.

Река Сотера трех названий. Верховья называются Джурлой, среднее течение - Алака, нижнее - Сотера. Такое разнообразие в названиях связано с тем, что татары не воспринимали реки как единое целое и давали название не реке, а местности, в которой она течет.

Комментарии (0) 18:46 | 24.06.2015

cipp Мой любимый КРЫМ.Блог Tatyana Sosina 100 чудес Крыма - Царский курган

Блог ведет Сосина Татьяна Ивановна

Царский курган — памятник погребальной архитектуры IV века до н. э., шедевр античного зодчества. Является усыпальницей одного из членов династии Спартокидов, правивших Боспорским государством в 438—109 годах до н. э. Уникальный шедевр античной архитектуры, не имеющий равных среди мировых образцов подобных памятников архитектуры.

Комментарии (0) 18:46 | 24.06.2015

cipp Мой любимый КРЫМ.Блог Tatyana Sosina Восхитительное подводное фото Сергея Титова

Блог ведет Сосина Татьяна Ивановна

Комментарии (0) 18:45 | 24.06.2015
[1]      «      1   ·   2   ·   3   ·   4   ·   5   ·   6   ·   7      »      [81]
 


 






© 2009-2016 «Do100verno».




Наши партнеры:

ФК «Маэстро»  work.ua
  Partnership production
Радио медианяня

Авторизация

Закрыть [X]
Логин:

  
Пароль:

  
Забыл пароль

 
Логин:     Пароль: